|
|
|
диск телефона
хрустнет
по тебе
где греет газ, горит,
где кухня
и воздух
как в избе
огнем навозным
зимним пухнет
зацикливая звуки на себе
если дорогу
видеть проводов
какими мы поем друг другу
на том
конце молчащим с перепугу
с ответом онемевшим на лице
то в этой паутине мухой
приятно отдавать концы
не чувствуя границы
становится слухом
чужим и голосом в кольце
гудок и рана телефонная открыта
у трубки на крючке и край стола
отсчитывает скрипя минуты
пока нога на нем не затекла
#-
читаю вместо "программы" - погромы
надоедливый виндоус - пасьянс
голсуорси любимый - "паук"
с кнопки пуск по дорожке знакомой
вправо, вверх, и еще вправо раз
за стеклом продолжение рук
так сижу уже ночь в одеяле
запивая ремантадин
здесь зимой очень поздно светает
в петергофе, болею, один.
#-
запах пустого двора
соберет память в грудь
пишу в темноте
это воздух из форточки свежий,
с которым уснуть
чтобы
надо привыкнуть к озону
меняются вещи - чуть не положил
ручку на тень
буквы, наверное,
недоверчиво друг от друга шарахаются,
едва помещаясь в лист
слова забывают как начались,
строчки тычутся вниз
и с
утра свежая голова
разберет как стынут слова
отряхнувшись от запаха рта.
#-
вот мой понедельник -
сечение длинной строки
в пространстве отдельных
прямых, принявших пунктир
за отрыв
мысль попадает в тиски
этого времени
сбывшиеся куски
в виде нательных
недугов записки -
подкожные лепестки
#-
возьми ка альт,
сыграй мне ф4
#-
Конверт Соколову (возврат)
Дима, это тебе конверт:
"Желаю перехотеть, одуматься, сбить дозу.
То, что может сказать тебе твой арабский поэт -
желаю тебе все это сразу
выдержать, если ты читаешь на свет -
не распечатывай - язва
а ты молодец -
помой руки и спать ляги
отдыхай - такая работа
(грубо сказать - пироги)
нежность кого-то
копировать от руки.
#-
что ни новое место, то бой
с условиями - изжога
это то, что делается с тобой
от глотка сока
с местной мягкой водой
тень от стрелки на мониторе
падает на
летние фотообои,
псевдопечатный знак
означающий время с тобою
рядом - к спине спина
#-
есть дома, где не удержать чеснока
никакой дверью, стенкой
как кота, которого бока
отпечатываются на коленках
аллергенной пленкой
отворачивается весна
долго сохнут пеленки
и висят голоса
есть дома, что не носят штор
где только пустые углы
отзываются на "ПОЖАР!"
а потом на "ы"
оттеняя собой бесконечный повтор
наклоняющейся головы
есть дома, где не спрятать слов
где теряются голоса
из приспущенных уголков,
ускользая, рта
два пролета назад
#-
звук вылетает в мятую латунь
такой же непонятный, как латынь,
необязательный как чтение во сне
по ком манком бебекает кларнет?
и пьяный красный наполняет медь
похмельем с чесноком
кого выносят со двора гуськом?
спеша не сильно маршем нашуметь
и ящиком особо не греметь,
где, если всякому там доверять
уж не лежит душа
чей нос торчит из-за борта
обитого парчей
и орден чей
чуть позади креста
несет наоборот невеста
нет - все в порядке -
знакомых никого
и кто-то пишет...
#-
в голове не удержать слов,
как во рту леденца
не прихлопнуть заранее комаров
всех попивших с лица
сколько тебя я не слушал -
через время милей
я бы в прошлом оставил уши,
у постели твоей
#-
читающюй с любого места,
дай подобраться к тебе поближе,
не становясь заметным,
пока снаружи
твоего этажа полснега, полдождя
и воду отличить нельзя
от воздуха, грозя
себе прогулкой, тем самым убедя
в комфорте
открыть пока ненужный
чемодан
и разложить по полкам,
развесить по гвоздям
#-
здесь все меняется, как в беспокойном сне
и смысл и назначенье пули
оказывается карточным, а не
милитаристским
и тонкопалый шулер
опаснее грабителя вдвойне.
тут можно без воды, но не без виски
и скрежет сыплющихся в жесть монет
пускает электричество по стульям
и, прерывая разговор и мысли,
обрушивается залпом ласки
по внутренней натянутой струне.
#-
мои слова стихают на тебе
как в коридоре зычном
уходит звук шагов категоричных
как вязнет вензель в чайном серебре
опасливо притронуться из сна
к остывшему еще вчера сервизу
так что-нибудь всегда вытаивает снизу
и солнцу тошно в доме у овна
#-
чай допил и фломастер с чашкой в руке
расписался зеленым по правой щеке
в настоящем свершенном глотке
это утро уже и холодный апрель
лезет в форточку ветер балтийский борей
становясь послезавтра причиной соплей
мы под крышей живем -
последний этаж, и, наверное, тонна ворон
с крыши прыгает утром мимо окон
ночь не может пройти
запомнившись и от нее спасти
готовится фенозепам в горсти.
#-
тебя не убедить,
выписывая строчки,
ритмично бормоча,
рисуя закорючки
после скрипичного
ключа,
гуляя от заката до заката -
не то что ты какая-нибудь чья -
другими, просто, ты ключами отмыката.
#-
ночь тушкой по простыне
скользя
в этой провороненной навылет
моей петергофской зиме
не пошедшей в друзья
ко мне
что-то из меня вынет,
чтоб трепать в беспилотном сне
враные крики
станут затемно на крыло,
знаю так рано зачем
чтобы теперь, когда рассвело
здесь встречать на кричащем
своем то что осталось от сна моего
#-
мне нравится в поезде все -
даже милиция
здесь не просит регистрации,
наверное, даже обеспечивает безопасность
пожилая официантка,
которая только что разбила тарелку
и виновато улыбается
мне нравится рыбная солянка
из консервов - она еще кипит
на столе
минуту-другую в засаленном горшочке
покачиваясь мимо пятен
грязного сдающего снега
и индустриальных пейзажей,
ярчающих в горизонтальном
вечернем солнце
их всегда хочется сфотографировать
мешает только пятно на окне
от чего-то разбившегося
об него снаружи
оно висит над гаражами,
как параллельноследующее НЛО
-
все-таки вру -
не все мне нравится в поезде:
счет за мокнувший
в сыром майонезе язык
и суп -
четыреста пятьдесят рублей
в вагоне с питанием,
который я проходил,
возвращаясь в купе,
девушка с отсутствующим лицом
с трудом откусывала синтетический хлебец
из набора МПС
а когда я подумал,
что у меня с собой в сумке
целых три запаха:
cacharel, diesel и bulgary,
пытаясь открыть дверь,
переходя из заполненного
табачным дымом тамбура,
с другой стороны двери
два бомжа пили водку,
сидя на мусорном баке,
руки одного были изъедены часоткой
он открыл мне дверь
не все мне нравится в этом поезде -
он едет на час дольше R200
#-
слово холдинг
читается с опаской
на бензоколонке
в пятнадцатиградусный мороз
в конце апреля
я еду в областной питерский город лугу
воскресенье
семь часов утра
отчество моего коллеги -
тадеушевич -
он сидит на первом сиденьи.
#-
это информационный повод такой -
облако голубей
подрезанокрылых
рыло воздух
над таганкой
в смоге часа пик,
падающего снизу вверх
сменились вывески
остался только домик
из проволочной сетки
на крыше четырнадцатиэтажки
вкус хозяина
не поменялся за 20 лет
и даже голубям, наверное, кажется,
что они одни и те же.
#-
он был отважный эгоист
его печатали журналы
толстые, в газете
он был редактором
в секрете,
чтобы залетный экзорцист
из этих
не появился вдруг
и не пополнил им подборку криминала
Мы встретились в ОГИ
и он в депрессии
сказал, что друг наелся люминала
еще бы пять минут и не смогли
что в петербург теперь теперь,
что родственники в коме
воронеж нету сил терпеть
и хочется хоть пару незнакомых
лиц, гуляя, посмотреть
где не половина,
а хотя бы треть
приветствует в загадочном поклоне
чтобы, целуясь, скажем, не вертеть
глазами, выглянув за спину
и чтобы дверь,придя, не запереть.
#-
на левой ладони моей - простота
на правой - богатство
тут же - линия головы,
где жилка бьется
вчера наташа сказала -
непостоянство, безумие
искал в интернете:
"линия ума"
распечатал
читаю:
властью над человеком обладает луна,
если линия уходит за ее бугры -
возможны травмы
такой ладони носителя головы,
бойтесь воды,
не покидайте морем страны
сижу в ванной, пишу с другой стороны
#-
другая сторона письма
это подарок тебе -
мой ответ
предрассветные клавиши,
компьютерный свет,
сентиментальный бред
на сто твоих писем,
миллион долларов бюджет,
которого нет -
мой неответ
у нас полтора месяца снег,
у вас - знаю - пять
пишу не готовясь -
от планов болит голова -
все забыл, что надо отдать,
чего не сказать
это, наверное, лень -
ты, конечно права
известная надпись в воронежской дурке -
"безделье - это болезнь
души" - фиолетовые слова
сбывающиеся сполна
и все-таки ты смогла
сбиваюсь - моя вина,
рассветная мгла
вот такой фокус -
ничего не сказать
в тридцати строках
и, наверно,
наш общий другг тоже был прав,
уже собираясь бежать
и нет у меня денег, воли, морали
(по сербски волим - люблю)
и духу
но есть телефонные тональные доли
и мое эхо
в ухе твоем
и горах, составляющих другую гармонию мира,
строгость твою
ну, ладно -
с каждой буквой и байтом
мне труднее будет тебе это послать
активная кнопка send, enter,
сургуч и печать.
#-
мужчина без масла на теле
и жаренного мелатонина
жалок и гол без костюма
и страшно увидеть ему
бок ягодиц такой впалый
особенно в зеркало
в спальне,
когда напряженно поджатые
под кого
играют триптихом мышц
сразу хочется сесть
мужчина хочет бесед
и курить
а не как во сне
себя обнаружить в трусах,
например, на работе
коленями чувствовать взгляд
и офис собою смешить
одетый мужчина не зря
#-
рассказ испорчен продолжением себя
в том, провожаемом с московского вокзала,
в железных прозвонившихся рублях,
которыми чей голос покупала,
по цифрам металлическим скользя
в бутылке пива, искажаясь у платформы,
витрине касс,
и здесь,
когда стилло
размножит столбиками
постоянство формы,
смотрящейся в зеркальное стекло.
|
|